А в первом квартале падение было ещё жёстче:

• одежда и обувь рухнула на 13,8%,
• текстиль - на 1,5%

И это не случайный провал. Это тренд.

Что именно теряем

За первые пять месяцев 2026 года закрылись 2 347 производителей одежды — и открылись только 1 609. Ликвидации впервые превысили регистрации с 2022 года. В обувном сегменте - та же картина: 127 закрытий против 56 новых бизнесов. Мелкие и средние швейные цеха, которые появились в 2022–2023 на волне импортозамещения, массово закрываются. По оценкам участников рынка, под угрозой 25–30% швейных производств по стране.

Более 30% новых производств, запущенных в 2022–2023 годах, к началу 2026 года уже не работают. Оборудование либо стоит, либо продаётся по частям.

Главная проблема — сырьё

Российская одежда на 80–90% состоит из импортного сырья. Ткани, фурнитура, нитки, даже иглы для швейных машин - всё это едет из Китая, Турции и Узбекистана. Российский метр хлопчатобумажной ткани сейчас дороже, чем в Китае или Бангладеш.

А попытки вырастить свой хлопок провалились. Ставропольский проект «Хлопок Руси» на 12 млрд рублей заглох. В Дагестане последние посевы были в 2023-м, дальше - тишина. Астраханский «Русский хлопок» тоже уходит из хлопководства. Волгоградские селекционеры ещё работают над сортами, но до промышленных масштабов - далеко.

Лён? Производство льняных тканей прогнозируется к снижению на 5,4% в 2026 году.

Шерстяных -на 3,8%. Единственный сегмент, который растёт, - синтетика: +3,5% за год. Потому что нефть у нас есть, а хлопка — нет.

Что всё-таки растёт

Есть и позитивные островки:

• Спецодежда: выпуск категории «прочая спецодежда» за семь месяцев вырос на 36,1% - до 59,6 млрд рублей.
• БТК Текстиль в Барнауле нарастил производство смесовых тканей до 24 млн метров в год.
• В Ивановской области запускают первый в России завод лиоцелла (эко-волокно из древесины).
• «Русский дом» открыл новый комплекс по выпуску хлопчатобумажных тканей.
• Маркировка «Честный знак» снизила долю нелегального оборота одежды с 38% до 12%.

Но это отдельные кейсы, а не отраслевой разворот.

Когда вернётся утраченное?

Минпромторг готовит Стратегию развития лёгкой промышленности до 2036 года. Цель -поднять долю отечественных товаров на внутреннем рынке с нынешних 45% до 65% к 2036 году. Но если честно - стратегия ставит цель не «вернуть утраченное», а «не потерять то, что осталось».

Президент Союзлегпрома Андрей Разбродин сказал прямо: «В России будет развиваться только высокомаржинальная швéйка. Производство одежды для массового спроса уйдёт в страны Юго-Восточной и Средней Азии». Я бы добавила что и в обуви так же.

То есть массовую одежду и обувь мы, скорее всего, не вернём. Конкурировать с Бангладеш и Узбекистаном по себестоимости при отсутствии своего хлопка и ставке ЦБ, которая делает кредиты золотыми, просто нереально. По прогнозу консалтинговой компании Neo, до 2040 года рост производства текстиля составит около 1,8% в год - и почти исключительно за счёт синтетики.

Что реально может вернуться и когда:

- Спецодежда и технический текстиль - уже растёт, продолжит до 2030-го
- Синтетические ткани на отечественном сырье: 2–3 года до запуска цепочек (полиэфирные нити, полиамид)
- Эко-волокно из древесины (лиоцелл в Ивановской области) ,запуск заявлен на 2026 год, промышленный масштаб -к 2028–2029
- Льняные и конопляные ткани - точечный рост, но без массового масштаба
- Массовая одежда из хлопка -не вернётся без отечественного сырья, а хлопководство в РФ пока фактически провалено

Связь с платформенной экономикой: как маркетплейсы стали главным каналом сбыта и одновременно главным вызовом

Для лёгкой промышленности платформенная экономика - это и спасательный круг, и жёсткий фильтр.

Что даёт платформенная инфраструктура:

• Доступ к рынку без собственной розницы. Для небольших швейных производств и локальных брендов маркетплейсы — фактически единственный канал продаж. Доля российских брендов на маркетплейсах в категории fashion уже достигает 60–70%.
• Скорость масштабирования. Можно запустить партию в 500 единиц и протестировать спрос без аренды складов и магазинов. Это критично для бизнеса с ограниченными оборотными средствами.
• Интеграция с госсистемами. Через маркетплейсы производители закрывают требования маркировки и прослеживаемости: площадки сами контролируют наличие кодов «Честный знак», проверяют документы и передают данные в госорганы.

Какие проблемы создаёт платформенная модель:

• Ценовая конкуренция и зависимость от скидок. Чтобы быть видимым в выдаче, бренд вынужден участвовать в акциях и снижать маржу. Для производств с высокой себестоимостью это часто экономически невыгодно.
• Логистические издержки. Хранение, фулфилмент, возвраты — всё это съедает часть прибыли. Для локальных производств это может быть сопоставимо с затратами на собственную дистрибуцию.
• Сложности с позиционированием и качеством. На платформе побеждает не только качество продукта, но и качество карточки товара, скорость обработки возвратов, рейтинг продавца. Небольшие производства часто проигрывают крупным поставщикам именно по этим параметрам.
• Регуляторная нагрузка. С октября 2026 вступает в силу закон о платформенной экономике: маркетплейсы обязаны проверять карточки товаров и нести ответственность за нарушения маркировки. Для селлеров это означает более жёсткий контроль и дополнительные требования к документообороту.

Как это выглядит с позиции производителя (и моего бизнеса)

Я как производитель (бренд «Филипок», обувь и сопутствующие товары) вижу, что платформенная экономика меняет правила игры:

• Маркетплейсы — это не «опция», а базовая инфраструктура. Даже если у тебя есть офлайн-розница, без присутствия на площадках ты теряешь значительную часть спроса.
• Выигрывают те, кто умеет работать в цифре. Автоматизация карточек, контроль остатков, ИИ-агенты, быстрая обработка возвратов - это уже не «удобства», а обязательные условия выживания.
• Ниши с высокой добавленной стоимостью и понятной ценностью растут. Это спецодежда, униформа, товары с понятным функционалом и сертификацией. Массовый сегмент с минимальной маржой - зона риска.
• Маркировка и прослеживаемость — это точка входа. Без «Честного знака» и корректных документов маркетплейс просто не пропустит товар.

Грустно, но факт.

Если резюмировать: лёгкая промышленность не «возрождается», а перестраивается. Высокомаржинальные ниши, технический текстиль, спецодежда - да. Массовый пошив, как в советские годы, - нет.

И в обозримые 10–15 лет не вернётся.

Платформенная экономика здесь не причина, а среда: она ускоряет естественный отбор, делает рынок прозрачнее, но одновременно повышает требования к операционной эффективности.

А что вы видите со своей стороны? Какие ниши считаете перспективными, а какие — безнадёжными?